Жены алкоголиков. Почему они не разводятся?

Автор статьи — Москаленко Валентина. Психотерапевт, психиатр-нарколог, клинический генетик и семейный психотерапевт, д.м.н., профессор. Ведущий научный сотрудник ННЦ наркологии МЗ РФ.

Лекция посвящена проблеме созависимости среди супругов. В медицине бывают острые и хронические болезни. В жизни бывают периоды обычного течения событий и кризисные состояния. Я думаю, что полезно спасать только при острых болезненных состояниях — например, когда человек без сознания, в коме, в шоке, при острой травме, при остром аппендиците, во время кровотечения. Но когда больной в хроническом болезненном состоянии, то его надо не спасать, а помочь ему самому преодолеть свой недуг. Алкоголизм и наркомания, не считая состояний острого отравления, относятся к хроническим болезням. Жены алкоголиков вообще склонны путать жалость с любовью. Когда мы, созависимые, спасаем, то можем себя воспринимать более компетентными, чем тот, кому помогаем. Можем подумать, что я — героиня, раз я спасаю.. Созависимые чувствуют себя нужными в данный момент. После того, как жена алкоголика начала его спасать, она неизбежно будет двигаться в сторону другой нездоровой роли в семье — роли преследовательницы.

Невесты алкоголиков

Выйти замуж за алкоголика или за того парня, который потом заболеет алкоголизмом. Что это? Ошибка выбора, знак судьбы? Можете со мной не соглашаться, даже побить меня камнями, но это судьба. Или скажем иначе: закономерность. Научными исследованиями установлено, что дочери алкоголиков склонны выходить замуж за алкоголиков. Механизм выбора брачного партнера непонятен, но факт установлен.

В моей почте немало писем от невест алкоголиков. Очень поучительные истории. Страдания жены алкоголика некоторые понимают как реакцию на несчастье в доме. Особую психологию жены как будто формирует многолетний опыт трудной жизни рядом с алкоголизмом близкого человека. А у невесты еще такого опыта нет. Психологически же некоторые девушки готовы на все трудности жизни в проблемном браке.

«Меня как магнитом притягивают только трудные мужчины. Почему?» – спрашивала меня одна невеста алкоголика. Я не знаю почему. Но вижу и в других письмах сходную тенденцию.

Вот фрагмент из письма.

«Я дружу с парнем, который болен алкоголизмом. Ему 25 лет, мне 20 лет, встречаемся 8 месяцев. Бросать я его не хочу и не буду, потому что я его очень люблю и хочу, чтобы он стал человеком. Научите меня, как вести себя, когда он пьян, и что говорить ему трезвому, как мне добиться, чтобы он бросил пить. К моим родителям обращаться бесполезно, они вообще мало знают мою личную жизнь. Если я спрошу их, как вести себя с парнем-алкоголиком, скажут, чтобы я бросила его. Его родители могут только кричать и ругаться. Отец его пил раньше, теперь не пьет, вот уже 15 лет, ему 50 лет. Дедушка моего друга тоже пьет, но сейчас реже. Когда мы с моим женихом приезжаем к его родным, дедушка его обязательно угощает.

Мой жених был женат, есть ребенок. Причина развода до меня в общих чертах дошла: муж пил, жена изменяла, скандалы, он ее бил. Соседи, его дружки, все алкоголики, ему с ними интересно. Других друзей, непьющих, он не хочет иметь».

Мне представляется это письмо типичным для невесты алкоголика.

Обратим внимание на то, что она ничего не пишет о себе. Есть в письме только один штрих – она вышла из семьи, где не принято было доверять и обсуждать тайны личной жизни. Значит, отношения невесты с родителями были не очень доверительными, а возможно, и плохими. Скорее всего, ее родительская семья – это многопроблемная семья.

Невеста сейчас сфокусирована на проблемах жениха. Проблем у него много. Семья, из которой он происходит, типично алкогольная – больны алкоголизмом отец, дед. В прошлом у жениха был опыт неудачной семейной жизни, он бил жену. Алкоголизм и насилие часто ходят рядом и передаются от одного поколения к другому. Недавно прочитала научную статью, в которой изучали этот вопрос на 20 португальских семьях, состоящих из 3 поколений. Наличие алкоголизма и насилия в нескольких поколениях одной семьи установили в 18 из 20 изученных семей.

Невеста, автор письма, по-видимому, думает, что ей удастся избежать участи первой жены своего жениха. Боюсь, что и вторую жену он будет бить.

Невеста не чувствует опасности для себя, она упорно верит, что все это (и алкоголизм, и жестокое обращение с женой) в ее семье не повторится. Как сильна вера невесты в силу любви, как твердо она об этом высказывается! У нее как будто выключен тот аппарат, который должен улавливать сигналы опасности. Жених недвусмысленно подает сигналы, а невеста их не различает. Это мифологическое мышление, вера в иллюзии.

Но почему она любит не ныне живущего человека, а того, будущего, как будто он еще и не стал человеком, как она выразилась «…хочу, чтобы он стал человеком»? Она непоколебимо убеждена, что может «сделать» его человеком. Как будто кого-то можно сделать, особенно того, кто сам сопротивляется всякому влиянию. Какой там у него может быть духовный рост, если он выбирает себе друзей только среди пьющих? Человек стремится в ту среду, где он может реализовать свои наклонности.

Может быть, это главная черта невест алкоголиков – безграничная вера в свою способность переделывать, перевоспитывать своих женихов, вершить их судьбы. Да может ли один человек, даже если это мать, отец или учитель, вершить судьбу другого, создавать людей по своему замыслу, держать их жизнь под контролем? Нет, конечно. Себя самого по добровольному желанию изменить трудно, а другого не трудно, это просто невозможно. Ставить себе такую цель бессмысленно. Люди не поддаются переделке по чьему-то замыслу. Люди обладают таким свойством, как «сопротивление материала».

Уверенность невест и жен алкоголиков в успехе своего замысла по отучению его от пития видна в каждом письме. Они даже не спрашивают, возможно ли отучить. Они требуют – научите, как вести себя.

«Конечно же, я знала, что выхожу замуж за пьющего. Но тешила себя мыслью, что смогу исправить его», – пишет жена алкоголика. Далее в этом письме она сообщает, что «исправить» его не удалось. Слово-то какое употребила. Брак – не исправительное учреждение, это скорее добровольное сотрудничество двух партнеров.

Одна женщина выразилась еще яснее на этот счет: «Когда выходила замуж, видела, что он алкаш. Что же я за женщина, если не смогу перевоспитать своего любимого!» Любимый-то он любимый, да не очень уважаемый, иначе не называла бы его «алкашом». Финал этой истории тот же – перевоспитать не удалось.

Итак, невесты алкоголиков сосредоточены на проблемах своих женихов, а не на своих собственных. Проблемные люди их притягивают, вызывают повышенный интерес. Есть объект для приложения своих недюжинных сил. Еще ни одна женщина в мире не «перевоспитала» алкоголика, не получила желанную его трезвость в обмен на свою любовь. Но не прекращается полет бабочек на губительный огонь. Сила саморазрушающего поведения.

Ее детство

Возможно, она была старшей или единственной дочерью в семье. Детство ее было довольно трудным, иногда из-за того, что отец был болен алкоголизмом (либо дедушка), иногда из-за того, что мама была очень требовательной, властной, постоянно критикующей.

Будущая невеста алкоголика была очень хорошей девочкой. Она так хорошо училась в школе, она так чисто прибирала в доме, она так старалась в других делах, что все время надеялась на похвалу родителей. Но тщетно.

Мама дочкиных достижений не замечала, будучи занятой борьбой с мужем-алкоголиком. Мама практиковала ту ядовитую педагогику, которая не позволяет хватить дочку, а то испортишь. И вообще «они тогда на голову сядут». Что бы девочка ни сделала хорошего, сколько бы пятерок ни принесла, им, родителям, всего этого мало, чтобы вознаградить ее теплом, лаской, выражением любви, теплым прикосновением, чтобы воскликнуть: «Мы гордимся тобой, доченька! Ты у нас такая замечательная». Родители оставались для дочери либо физически, либо эмоционально недоступны, а часто и так и так. Папа мог оставить семью, мама могла быть занятой на двух работах. Папа мог и жить в семье, но если он нетрезв или занят своими делами, то с ним душевно не пообщаешься. Так выглядит эмоциональная недоступность. Результат у дочери – неутоленный эмоциональный голод. Голод на любовь.

Как часто ее критиковали дома? О, весьма часто.

Отсутствие похвал и резкая частая критика со стороны самых значимых людей – родителей – приводят к еще одному важному для выбора будущего супруга результату. У дочери сформирована отчаянно низкая самооценка.

Где-то в глубине души эта девочка, затем девушка убеждена, что недостойна носить шелка. Она всю жизнь чувствует себя лучше в чем-нибудь грубо холщовом. Она не чувствует себя достойной личностью, много значащей в этой жизни. Как она в своих глазах может что-то значить, если для родителей она ничего не значила?

Ей очень хочется доказать, что у нее все будет хорошо, что она умеет добиваться поставленной цели. Иногда эти девушки клянутся, что в ими созданных семьях все будет по-другому, совсем не так, как у папы с мамой. Чем сильнее желание создать иную семью, тем больше вероятность повторить мамину судьбу. Отрицать тот уклад жизни, который сопровождал детство, значит, оставаться привязанным, но не позитивным, а негативным образом к своей родительской семье. Быть привязанным – быть несвободным. Это мешает свободному выбору. Чтобы образовать новые эмоциональные привязанности, например, к супругу, необходимо вырасти и освободиться от детских привязанностей. В письмах невест высказано много отрицательных чувств к родителям.

Невестам алкоголиков редко приходит в голову такая простая мысль, как «Я – ценная и достойная женщина». Часто же приходит в голову желание спасать кого-нибудь, удерживать от падения в пропасть, жертвовать собой. Ей нужен героизм. Через героизм иногда люди обретают чувство значимости своей личности.

Ресурс самоценности у невест алкоголиков такой слабый, что нужна подпитка извне. Им неведомо, что самоуважение, самоценность, адекватная самооценка – это глубоко внутреннее качество. Это просто убежденность, не зависящая от фактических наших достижений. Это качество сильно зависит от того, кем тебя считали в детстве самые значимые для тебя люди – мама и папа. Считали тебя хорошим человеком, любили без всяких условий, а не за послушание или примерное поведение, значит, самооценка высокая, значит, в жизни будет меньше проблем.

Дети как миротворческие силы

Родители девочки, будущей невесты алкоголика, могли ссориться. Дочь видела свою роль в том, чтобы примирить их или не допустить ужасных последствий ссоры. Когда дух войны проносится по дому, ребенок как-то быстро понимает, что нужно сделать, чтобы не дошло дело до вызова милиции, чтобы папа не побил маму, чтобы соседи не слышали криков. Ребенок быстро спрячет лежащий на столе нож, может выключить телефон, задернуть занавески на окнах. Да мало ли что еще. Ситуация сама подскажет, что делать.

Так девочка вырастает сверхбдительной. Она все детство простояла на вахте, всегда была начеку. Эта же ситуация способствовала тому, что она росла очень смышленой, решительной, серьезной и ответственной. В будущей жизни с мужем-алкоголиком эти качества будут востребованы ежедневно.

Естественно ли ребенку быть прокладкой в сэндвиче, т.е. занимать позицию между конфликтующими родителями? Естественно ли кому бы то ни было жить, не зная расслабления и доверия окружающему миру? Ожидать все время подвоха, как будто в каждую минуту может случиться нечто трагическое? Дети из алкогольных семей могут думать, что это естественно. Они же не знали иного внутрисемейного устройства жизни.

Потребность управлять

Кто вырос в трудной, проблемной семье, тому постоянно хочется усилием воли переделать все плохое в хорошее. Такие люди стремятся изо всех сил не допустить, чтобы жизнь протекала свободно и естественно, без нажима и вмешательства с их стороны. Они не позволяют жизни состояться. Они стремятся управлять жизнью. Они верят, что могут контролировать течение неблагоприятных событий. «Я отучу его от водки», «Любовь и преданность делают чудеса, и у меня он пить не будет», «У хороших жен мужья не пьют», – вот их кредо.

Не имеет значения, что в детстве будущей жене алкоголика не удалось добиться, чтобы папа не пил. Тем сильнее в зрелом возрасте стремление повторить этот семейный сценарий и на этот раз обязательно со счастливым концом.

Корень потребности управлять лежит в бессилии, в страстном желании быть сильнее, чем ты есть на самом деле. Однажды девочка, невеста алкоголика, была уже бессильной. Этого достаточно.

Они не выходят замуж, а выскакивают

Детство у невесты было таким, из которого хотелось поскорее убежать и переделать свою жизнь на иной лад. О невесте алкоголика можно было бы сказать словами классика: «В детстве у нее не было детства». Не детское это занятие – мирить родителей, утешать обиженную мать, ребенок не должен и не может быть психотерапевтом в семье. Можно надорваться и на таком благородном направлении, как сильное желание обрадовать родителей. Ребенок старается сверх своих сил, а родителям все мало его достижений.

Жизнь в родительском доме нелегка. И как только девушка достигает совершеннолетия, ей очень хочется поскорее покинуть этот дом. Поэтому они могут выходить замуж стремительно быстро. Выскочить за первого попавшегося, правда, почему-то попадаются женихи с алкогольными наклонностями. Наверное, и алкогольные браки совершаются на небесах.

Ее юность

Многие женщины выбирают себе в мужья тех мужчин, кто внешностью или манерами напоминает отца. Равно как и мужчины склонны жениться на тех, кто напоминает мать.

Отбор совершается неосознанно, на подсознательном уровне. Опасная ловушка. Для стабильной семьи необходим брачный партнер, равный по достоинству, с которым можно делить ответственность за обший дом. Маменькины сынки и папенькины дочки – люди инфантильные, к ответственности неготовые. В браке они реализуют детскую фантазию «Когда я вырасту, я женюсь на тебе, мама». Пока еще никто на своей матери не женился. И хорошо. Такой брак был бы обречен на плохие взаимоотношения.

Помните, что в детстве у будущей невесты алкоголика образовался неутоленный голод на любовь? Можно даже сказать больше – неутоленный эмоциональный голод. В семье не удовлетворялись такие мощные эмоциональные потребности, как потребность в прикосновении, в одобрении, в ободрении, в приятии. Голодный человек плохо делает покупки. Голодный съест и объедки на пиру жизни. Может быть, поэтому девушки не выходят замуж, а выскакивают за своих алкоголиков. Любое сближение, прикосновение принимают за любовь, о которой долго мечтали. «Он только взял меня за руку, и я стала преданной ему». Хочется верить, что все будет хорошо. И верят, и идут навстречу своим страданиям с выключенными огнями, предупреждающими об опасности. Даже такой знак, как «он бил свою жену», не предостерегает. Новый брак – это не жизнь с чистого листа. В повторный брак человек привносит все свои старые проблемы и добавляет новые, поскольку он привносит свою личность. А личность – величина постоянная. Не верите? Оглянитесь вокруг. Вы вспомните не одну женщину, которая развелась с одним мужем-алкоголиком, вышла замуж за другого – и тот оказался алкоголиком. Я знаю семьи, где 3-4 раза люди были женаты, и каждый раз супруг или супруга оказывались алкоголиками.

Низкая самооценка, с которой невесты вступают во взрослую жизнь, требует обязательной подпитки извне. Жених с проблемами – это поле деятельности, на котором можно проявить свои до сих пор недооцененные действительно лучшие качества. «Уж я-то постараюсь быть ему и верной, и преданной, и хорошей хозяйкой». Если у жениха есть дети от первого брака и можно заменить им мать, то это просто шанс стать героиней. Вопреки мифу о злой мачехе стать любящей приемной матерью. Вот тогда он меня оценит. Девиз невесты: «Я тебе нужна? Возьми меня». Почему-то ей в голову не приходит: «А зачем он мне нужен? Чтобы я ему доказывала, что я – хорошая? Я и так в этом не сомневаюсь». Но так может думать девушка с нормальной самооценкой, ей не надо доказывать, она себя ощущает хорошей. Другой законный вопрос невесты с адекватной, хорошей самооценкой мог бы быть таким: «А какие мои потребности он удовлетворяет? Никакие. Значит, он мне не нужен».

Женщина может стремиться ублажать все желания и прихоти жениха только потому, что ей необходимо зарабатывать подпитку извне для своей критически низкой самооценки. Самоотверженная любовь… Зачем же отвергать себя? И если ты сама себя отвергаешь, то почему же он тебя не отвергнет?

Страх быть брошенной, быть отвергнутой, страх быть ничьей так и гонит замуж. Кажется, в детстве ей тоже не удавалось испытать чувство полной принадлежности отцу и матери, родители держали дистанцию. Принадлежать кому-то – человеку, группе, коллективу, семье, нации – комфортно. Не надо только при этом терять себя, не принадлежать самой себе. Когда ты с кем-то, возникает иллюзия, что ты сильнее, что так безопаснее. Только все это иллюзия. Эти женщины так настрадались в родительском доме, что готовы отказаться от реальности, готовы верить в иллюзии. В иллюзорном мире, может быть, и легче жить. Однако выход из иллюзий и столкновение с реальностью неизбежны. Чем дольше в иллюзиях пребываешь, тем больнее выход из них.

«Если я не отучу своего Васю от водки, то я ничего не значу в этой жизни», – вот до такой нулевой значимости своей личности дошла Галя, зоотехник совхоза, 25 лет. Галя считает себя ноликом, а Васю палочкой, которая будучи приставленной к нулю, даст значимую величину, придаст вес и смысл жизни этой молодой и, я не сомневаюсь, талантливой, работящей и достойной женщине. Неужели отдельная от Васи и от кого бы то ни было жизнь Гали так-таки ничего и не значит? Не могу поверить. А она верит. Может быть, ей с детства давали понять, что она – пустое место, что она – недотепа. Она поверила в свою никчемность. Это опасно.

Невесты алкоголиков – люди, эмоционально незрелые. По паспорту ей может быть 20 лет, а чувства как у 12-летней. Очень большое место в душе занимает страх остаться одной, страх перед будущим, невозможность самостоятельно стоять на ногах. Подобно ребенку она должна обязательно за кого-то держаться, к кому-то склоняться, ей крайне нужна опора. Всем нам нужна психологическая поддержка, но не до такой же степени, чтобы серьезно заявлять: «Без него я не могу жить».

Невесты, а затем и жены алкоголиков считают сами себя придатком к чьей-то жизни. Как будто они гарнир, а не главное блюдо. Иногда это выглядит мило: «Позвольте вам представить мою половину». Да? Вы действительно думаете, что вы только половина личности? Брак – это не сумма двух половинок. Брак – это взаимодействие двух цельных личностей. Если помножить половинку на половинку, то в результате будет одна четвертая. И только если помножить единицу на единицу, то будет единица, нечто целое, полновесное. Невесты еще не знают, что представляют собой целостную личность, полновесную единицу.

Невесты, будьте бдительны!

Вы играете в опасную игру под названием «Вначале я выйду замуж за мужчину, а потом сделаю из него человека». В этой игре невесты остаются в проигрыше. Ваш жених пьет и не думает обращаться за помощью в лечении алкоголизма. Это знак того, что никто, в том числе и любящая невеста или жена, его не изменит. Многие женщины в подобной ситуации ставили вопрос ребром: или я, или водка. Побеждала водка.

Я понимаю, что той девушке, письмо которой я цитировала в начале главы, трудно самой себе поставить вопрос: «Мой жених пьет, не имеет никаких интересов, не связанных с выпивкой, не чувствует ответственности за свою жизнь, за жизнь своего ребенка. И это все, чего я достойна? Может быть, я себя ценю слишком низко? Это ведь нормально – уважать, ценить и даже любить себя».

Возможно, внутренний монолог невесты пойдет таким путем. «Отсутствие чувства собственного достоинства во мне – вот причина, по которой меня тянет, как магнитом, к проблемным мужчинам. Жених-алкоголик – личность, уже руинированная.

На его фоне я буду выглядеть очень выигрышно. Каждый день я буду иметь право сказать (или только думать), что я лучше его, я выше его. Я буду иметь моральное право управлять им.

Но неужели я не найду другого применения своим силам? Все бросить к его ногам, а он еще не захочет воспользоваться бесценным даром? А может, я очень боюсь, что мой будущий муж меня бросит? Этот никчемный точно не бросит. Куда он без меня? Ведь пропадет. Я же ему поддержка и опора.

Я ему даю так много – все внимание ему, только его проблемы для меня и важны, о своих я ему не рассказываю, зачем беспокоить любимого мужчину? Он не любит моих жалоб. Я соглашаюсь на секс по первому его требованию, не считаясь с тем, хочу я этого или нет. Разве он все это не оценит?» Не обольщайся, дорогая, не оценит.

Ее будущее

С ним, женихом-алкоголиком потом мужем-алкоголиком, ты хлебнешь горя. Ты будешь мишенью его агрессии. Агрессия будет и словесной, и физической. Помнишь, он жену бил. Может быть, он и не жестокий человек. Но он не умеет решать конфликтные ситуации иным путем. Не будет конфликтов? Заблуждаешься. Конфликты часты даже в счастливом браке, и это нормально.

С мужем-алкоголиком, даже если ты не разведешься, ты будешь матерью-одиночкой. Он будет говорить, что у него нет времени воспитывать ваших детей. На самом деле у него нет ответственности перед ребенком, как нет ответственности и перед собственной жизнью. Ты будешь весь дом обустраивать сама, все сто процентов ответственности за семью возложишь на себя. При нормальных же взаимоотношениях каждый из супругов берет на себя 50 процентов ответственности за семью, за дом, за детей.

Пока не поздно

Дорогая невеста! Начни познавать науку о том, как заботиться о самой себе. Научись отстаивать свои интересы. Довольно быть созависимой. Дочитай книгу до конца. Сценарий жизни можно изменить.

А пока для начала задай себе всего 2 вопроса:

1. Куда я иду?

2. Кто со мной в компании?

Отвечай на вопросы себе честно, лучше запиши ответы. И не дай Бог, ты переставишь местами эти вопросы. Тогда ты попадешь в ад.

Первый вопрос – это вопрос о цели и смысле жизни, о твоих стремлениях, о том, чего ты хочешь достичь.

Второй вопрос заставит тебя осмотреться, подумать, кем ты себя окружаешь, в какой ты компании оказалась, кто твой главный компаньон – жених.

Если ты поставишь себя в положение страдалицы, терпеливицы, если ты принесешь себя в жертву, то ни ты, ни твой избранник нынешний не выиграет. И тебе, и ему будет плохо. Выбор есть. Он за тобой.

Как они находят друг друга?

– До замужества я была уверена, что никогда не стану женой пьяницы. И вот, пожалуйста, я – перед вами: жена алкоголика, – говорит красивая 32-летняя женщина, назовем ее Светой.

– А почему вы так горячо обещали себе не выходить замуж за алкоголика? – спрашиваю я.

– Да потому что мой отец – алкоголик. Насмотрелась я на своего папочку. Не нужно мне такого счастья.

– Как вы познакомились со своим будущим мужем? Света охотно делится.

– Я была в гостях. К концу вечера смотрю – сидит «оно» в углу, пьяное и жалкое. Мне сразу захотелось спасти его.

Слово «оно» в отношении мужа я неоднократно слышала от жен больных алкоголизмом. Почему жены любят это слово, не знаю. То ли отказывают мужу в признании его мужчиной, то ли в глубине сознания он вовсе и не партнер по браку, а объект спасания.

– И что вы предприняли тогда, в гостях? – продолжаю беседу.

– Я вызвала такси, буквально погрузила его в машину и отправила домой.

– Вы думаете, что тем самым спасли его?

– Во всяком случае я была спокойна и уверена, что в этот вечер «оно» не попадет ни в какую историю.

Я размышляю над словами Светы «спокойна и уверена». Возможно, в них разгадка ее брака. Возможно, у Светы легко возникает тревога по любому поводу. Чтобы справиться с тревогой, иногда необходимо немедленно что-то сделать. Кроме того. Света не очень уверена в собственной значимости, в том, что она ценная и достойная женщина. Для подпитки значимости извне нужны действия, которые другие люди похвалят, оценят. Вот она и спасает мужчину, которого видит в первый раз. Награда – больше уверенности в собственной значимости. Может, была невысказанная мысль: «Вот я какая молодчина! Другие пройдут мимо, а я спасу. Я – герой».

Между тем наша беседа продолжается.

– Сколько мужчин было на той вечеринке?

– Человек десять.

– Кто-нибудь пытался ухаживать за вами?

– Да, но они показались мне пресными, неинтересными.

Далее Света рассказывает, какими яркими сторонами своей личности привлек ее будущий муж, пока был трезв. Я же думаю о другом. Если женщине суждено выйти замуж за алкоголика, то из десяти, даже из двадцати мужчин она выберет именно его.

Собственно, что произошло тогда на вечеринке? Он позволил себе быть слабым, беспомощным, даже обездвиженным, его «погрузили». Она проявила себя с лучшей стороны – спасала, сопереживала, решительно действовала. Противоположности встретились.

Сценарий ее жизни

С ранних лет Света видела, как поступала в таких случаях мама. На вечеринке она и сделала то, что делала мама. Уроки, выученные в детстве, превращаются в автоматические реакции. Мужчина не может о себе позаботиться – это сигнал к тому, чтобы такие женщины, как Света и ее мама, позаботились о нем, обеспечили его безопасность. Самое главное, что при этом женщины удовлетворяли свою потребность кого-то спасать, кому-то услужить, взять чужую ответственность на себя. На самом деле это была его ответственность – отвечать за последствия выпивки, даже если бы он «попал в историю». Он слагает с себя ответственность, она подхватывает ее. Ключ подошел к замку.

Установлено, что около 60 процентов дочерей алкоголиков выходят замуж за мужчин, либо уже больных, либо за тех, кто заболеет алкоголизмом. Тенденция не нарушается, даже если мать развелась с отцом дочери (Seattle M., 1987). По оценке психологов, жизненный сценарий записывается в подсознании девочки очень рано – до 6 лет (Берн Э., 1992).

Света действовала в соответствии со сценарием жизни. Картина, которую она увидела в гостях, была ей до боли знакома с детства: пьяный беспомощный мужчина. Всю жизнь ее мама возилась с отцом. Нянчилась, спасала, давая дочери скрытое послание, что именно в этом и состоит предназначение женщины. Удалось ли маме спасти мужа? Нет, но сценарий был уже готов. Переписать его очень трудно, хотя в принципе можно.

В знакомой ситуации мы все чувствуем себя комфортнее, увереннее, чем в незнакомой. Света оказалась в знакомой – ведь она вместе с мамой тоже боролась за трезвость папы. В детстве ей это не удалось. Тем сильнее оказалось желание переиграть похожий сценарий жизни, переиграть на завершение счастливым концом.

Иллюзии

Жены алкоголиков безгранично верят в силу любви и в то, что они обязательно «перевоспитают» своих мужей. История собственной семьи и даже история человечества показывают, что нельзя переделать, пересоздать человека. Лишь сам человек может изменить себя, но не другой. А женщины все верят в свое могущество, все думают, что они «лепят» мужей. «Я тебя слепила из того, что было…» Женщины во власти иллюзий.

Иллюзии возникают тогда, когда человек сталкивается с непреодолимыми трудностями. Сами иллюзии приводят к еще большим проблемам. Рано или поздно необходимо принимать реальность. Бывает больно, но другого пути нет.

Голод на любовь и самооценка

Несмотря на великолепные внешние данные и успехи в работе, у Светы катастрофически низкая самооценка. В глубине души она не

считала себя ни способной, ни талантливой, ни достойной любви. Вроде в шутку называла себя «идиоткой» (так плохо не стоит с собой обращаться, даже в шутку). Света не умела принимать подарки и комплименты. Тушевалась, даже стыдно было, как будто она недостойна подарка или комплимента.

Опять для понимания Светы в зрелом возрасте необходимо взглянуть на ее детство. Болезнь, которой болен отец Светы, препятствует выражению родительской любви. В действительности и мама, и папа любили свою дочку, но они были так заняты проблемами, которые приносит алкоголь в семью, что им было не до Светы. А Света проблем в дом не приносила (ребенок как будто чувствует, что этого добра у них в семье навалом) – хорошо училась, была не по годам ответственной. Казалось, что такой ребенок и не нуждается в индивидуальном внимании и доказательствах того, что он любим. Правда состоит в том, что любой ребенок в этом нуждается. Так у Светы в родительском доме образовался дефицит любви. К моменту взросления она была голодна на любовь.

Неосознанно такие девушки выбирают проблемных, а часто непутевых мужей – алкоголиков, неудачников, попавших в тюрьму, непризнанных гениев, разведенных, овдовевших с детьми. Уж такой не бросит, заблуждаются они. Трудное замужество с первого дня. Недостатки мужей они видят, но иногда это на руку. Из недостатков можно черпать доказательства своей ценности: «Я лучше его, я не напиваюсь».

Низкая самооценка, дефицит самоуважения, неуверенность в том, что женщина может быть любима, что она наделена талантами, – вот психологические особенности женщин, которым грозит трудное замужество.

Хорошо бы начать заботиться о себе

Прежде чем делать что-либо за другого, а не для другого, спросите себя: чья это проблема? Если это его проблема, то не спешите взваливать ее на свои хрупкие плечи.

Подумайте о своих барьерах, о границах личности. Надо выяснить, где кончаетесь вы и где начинается другой человек. Обычно, когда отношения не ладятся, полезно пересмотреть границы. Границы – это пределы, которые гласят: «Вот до этих пор я могу дойти. Вот это то, что я буду делать для тебя, а это то, что я никогда не буду делать. А вот это то, что я не потерплю от тебя».

Что делать с самооценкой? Вы знаете, здоровая самооценка – это просто вера в себя. Да, она зависит от качества детства, от судьбы. Но теперь, когда вы взрослая, вам необязательно жить по сценарию, написанному в детстве. Просто скажите себе: «Я не хуже других». А чтобы вы не зазнались, не стали высокомерной, добавьте: «Но я и не лучше других. Я просто достойный человек».

Конечно, вам необходимо избавиться от некоторых своих страхов. В одиночку это трудно. Есть группы самопомощи типа «Ал-Анон», есть подруги по несчастью. Не замыкайтесь, спросите подругу: «Ты тоже так с ума сходишь, как я, когда твой муж задерживается?» Говорите с людьми, которым доверяете. Есть, наконец, психологическая помощь.

Хорошо бы научиться отстаивать себя неагрессивным образом.

Не прекращайте заботиться о себе, что бы там ни случилось.

Не существует никаких правил о том, кого мы должны, а кого не должны любить, с кем строить взаимоотношения, а от кого убегать. Наши ошибки на этом пути сделали нас такими, какие мы сегодня. Значит, все было не напрасно. Мы преодолевали трудности и росли духовно.

В подходящее время сядьте со своим любимым и обсудите, что вам от него нужно. Только не говорите: «Мне нужно, чтобы ты прекратил пить». Вам нужна его любовь? Так и скажите. Если вы сами не можете любить его без выполнения вашего требования, то я бы на вашем месте сказала так: «Если ты не перестанешь пить, я не смогу продолжать тебя любить».

Это практичная формула «Если ты делаешь так, то я вынуждена сделать так». Только не обещайте того, что вы не сделаете, не пугайте разводом. А то кто же вас после этого будет принимать всерьез?

Научитесь удовлетворять свои потребности. В конце концов, в жизни очень мало таких ситуаций, которые можно улучшить в том случае, если мы не будем заботиться о себе и не давать себе то, в чем нуждаемся.

Почему они не разводятся?

Моя подруга 30 лет замужем за алкоголиком. Послушать ее, так у нее не жизнь, а одно мучение. Так и хочется спросить, почему не разведешься? А знакомый психолог сказал, что нет более прочных браков, чем алкогольные. В чем тут дело?

Ученые говорят так. Поведение человека управляется не только сознанием, но даже в большей мере подсознанием. Подсознательная жизнь использует принцип подкрепления удовольствием одних реакций и наказания болью других, нежелательных реакций.

Мотивация поведения обусловлена психологической наградой – удовольствием и избеганием боли.

У больных алкоголизмом нарушения в системе награды. У их жен, наверное, тоже. Они извлекают удовольствие из источников, которые здоровые люди могут отвергнуть или подавить. Как этот нейрофизиологический принцип работает в жизни?

Коля и Оля

Посмотрим на супружескую жизнь Николая и Ольги (история реальная, но имена изменены). Николаю 50 лет. В течение последних 25 лет он пьет. Столько же лет он женат на Ольге. Пьет он не каждый день, по 3-5 дней кряду, затем недели две бывает трезв. Он уже лечился от алкоголизма три раза. Трезвость длилась не более полугода после каждого лечения. И вот снова запой, теперь уже восьмидневный. Кризис в семье, кризис на работе. Поэтому они, Коля и Оля, здесь – у врача. Вот часть нашей беседы.

Коля: Я дошел до предела. Все, хватит. Хочу бросить пить. Столько бед я натворил.

Врач: Кому?

Коля: Жене, детям. Оля у меня золотой человек, она столько вытерпела. Она просто святая. Как она меня отхаживала после запоя! Без нее я просто бы не выжил.

Оля: Никакая я не святая. (В подсознании ее головка утвердительно кивает: да, да, я – святая. Да, без меня он бы пропал. Вслух все это она часто говорит дома).

Сейчас, в кабинете врача Оля делает серьезное заявление: «Или он прекращает пить, или я развожусь».

На стационарное лечение Коля не согласился, решено было лечиться амбулаторно. Коля и Оля уходят.

Что случилось потом? Какие произошли перемены в жизни Коли и Оли? Немногие. Повторилось все старое. Коля пытался жить трезво, но потом сорвался, не получилось. А что Оля? Развелась? Нет, конечно. Оля сама себе сказала: «Как я могу его оставить сейчас, когда он так старается выкарабкаться из алкоголизма?» Неоднократно повторяла: «Без меня он пропадет».

Выгоды от кошмара

Коля и Оля продолжают жить в привычном своем кошмаре. Каждый недоволен своей жизнью. Каждый недоволен другим супругом. Самое же большое их несчастье заключается в том, что ни один из них не может измениться. Почему вообще возможен этот кошмар? Почему он так долго длится, вот уже 25 лет?

А потому что для каждого из супругов кошмарная ситуация психологически выгодна. Ситуация вознаграждает каждого супруга чем-то крайне необходимым.

Какие награды получает Коля? В чем его выгода?

Ему нравится пить. Он наслаждается опьянением. Подъем настроения он испытывает в опьянении, трезвая жизнь не дает ему таких радостей (эйфоризируюший эффект). Ему нравится, что алкоголь успокаивает его тревоги и снижает неуверенность в себе (анестезирующий эффект, избегание боли).

Ему нравится вся атмосфера драмы, волнений, которая обычно сопровождает алкоголизм (иллюзия интенсивности эмоциональной жизни).

Трезвость ему представляется пустой и скучной. Однако периодически он все же живет в трезвости, что позволяет ему снизить чувство вины, набрать очки в свою пользу, почувствовать себя достойным человеком, возгордиться: «Я смог продержаться без водки полгода! Если захочу, совсем брошу пить!»

Симпатия. Во всех этих падениях в яму и выхода из ситуации, когда он был в жалком положении, на его долю перепадало немало сочувствия, жалости, любви со стороны жены: «Дорогой, ну ты только попробуй не пить, я тебя умоляю. Ты только лечись, а я для тебя (читай за тебя) сделаю все, что ты хочешь». Работая в клинике, где лечатся больные алкоголизмом, я наблюдала, как их жены таскают тяжеленные сумки с чем-нибудь вкусненьким, сладеньким. Приятно, не правда ли?

Снятие с себя ответственности за себя, за жену, за детей, за установление с ними душевной близости. Он боится быть в близких отношениях, он откладывает их на потом, на трезвый период.

Алкоголь позволяет избегать близких и ответственных взаимоотношений с собой. Проблемы есть, решать их страшно.

В общем, алкоголь позволяет Коле избегать всего того, что требует от него перестать быть ребенком и стать взрослым. Алкоголь препятствует профессиональному и духовному росту. Духовный рост требует усилий над собой, для Коли это сопряжено с болью, он избегает боли. По той же причине он избегает ответственности и обязательств. Недаром алкоголизм называют болезнью безответственности.

А какие выгоды у Оли? Пусть это не очевидно, но из взаимоотношений с Колей она извлекает не меньше выгод, психологических наград для себя, чем он. Перечислим выгоды трезво живущей Оли.

Приятно чувствовать, что уже целых 25 лет ты выдерживаешь такой кошмар, в котором иная женщина не прожила бы и недели. Коля же сам сказал, что она – святая. Страдание приближает к святости, к положению героини. Одна женщина в подобной ситуации воскликнула: «Я достойна того, чтобы меня поставили на пьедестал, потому что 30 лет прожила с алкоголиком!»

Она ощущает себя сильным партнером. Из них двоих она – сильнее. Это она – помогающая жена, заботливая жена, это она принимает правильные решения, это она всегда знает, как надо поступать, поэтому и диктует: «Не пей! Лечись!». Ей очень сладостно повторять: «Без меня он пропадет». В этой фразе заключается состояние, известное богам, которые даруют жизнь и отбирают ее. Приятно чувствовать себя Богом. Радостно сознавать, что ты лучше, сильнее, компетентнее, чем он. Отсюда она черпает подпитку своему критически низкому самоуважению, чувству собственного достоинства.

Выигрыш в борьбе за первенство. Объективно ситуация выглядит несколько иначе, чем представляет Оля. Коля без нее не пропадет. Но Оля не может быть объективной. Ей необходимо чувствовать себя лучше, чем он, потому что на самом деле ей очень плохо с самой собой. Она ведет постоянную борьбу за первое место. Алкоголизм помогает ей выигрывать первенство.

Пока она полностью вовлечена в проблемы своего мужа, у нее есть прекрасный повод избегать заниматься своими собственными проблемами. Она тоже боится близких взаимоотношений с самой собой. Получается удобная конструкция в сознании: у Коли проблема – алкоголь, моя проблема – Коля, в остальном я безупречна.

Аура драмы, взлеты, падения, раскачивания из ада в рай («Он сегодня трезв. Какое счастье!»). Все это ей, как и ему, дает ощущение интенсивности эмоций и наполненности жизни. У Оли есть глубокая проблема в том, что она давно отказалась от своих реальных чувств, это ее метод обезболивания (анестезирующий эффект). Она давно живет не активно, а реактивно, лишь реагирует на события жизни мужа. Правда состоит в том, что проблема Оли – сама Оля, а не Коля. Но она, как и он, предпочитает жить в мире иллюзий. Реальность о самой себе ее пугает.

Протесты Оли, угрозы развестись – все это только дымовая завеса. На самом деле, как и ее муж, Оля делает в точности то, что она хочет делать, и живет она так, как хочет жить. Она имеет мужа, которого она хочет иметь. Более того, только такой муж, как Коля, ей и нужен. В совместной с ним жизни она имеет возможность удовлетворить свои глубинные, жизненно важные потребности: ежедневно подпитывать свою низкую самооценку. Она страданием зарабатывает чувство собственного достоинства, прикрывает свою слабость, свою несостоятельность в том, чтобы заставить жизнь течь по проложенному руслу. Жизнь не подчиняется ее воле, а признать это – для нее равносильно поражению.

Поскольку Оля заморозила свои истинные чувства, в особенности такие как любовь, нежность, доверие, спокойствие, а испытывает лишь ненависть, негодование, гнев, страх, то тем самым она отказалась от себя, не желает иметь дело с собой и все ее чувства стали реактивными. «Он меня довел!» Она боится отвечать за себя. Ей в таком случае нужна драма алкоголизма. Тут не соскучишься.

На первый взгляд – Оля женщина сильная, самоуверенная, резкая, все умеющая, не боится трудностей. А под этой оболочкой – хрупкое, слабое существо, навеки перепуганная девочка. Она боится, что ее могут бросить, что ее не любят. Замена любви – быть нужной кому-то. Страх быть отвергнутой и нелюбимой движет ею, когда она помогает мужу. Она даже перегибает палку, он не просил так много помогать ему. А кто из нас не делает лишнего со страху?

У человека есть потребность принадлежать кому-то, семье, коллективу, нации. Есть потребность чувствовать себя достойным, значимым, талантливым и способным человеком. Есть потребность в самореализации.

Оля удовлетворяет эти потребности в браке с Колей. Она испытывает чувство принадлежности Коле, так ощущает себя сильнее, комфортнее, значимее, талантливее. Все это потому, что себя как личность, отдельную от Коли, она ни во что не ценит.

Они никогда не разведутся. Весы уравновешены. Ключ подошел к замку. Они образовали нездоровую систему, в которой одна часть без другой не работает. И никогда не закончится его алкоголизм, поскольку никто не рискует начать перемены с себя. Если можно сравнить ресурсы психики, духа с собственной грядкой земли, то супруги Коля и Оля копают каждый не свою грядку. На чужой грядке получить хороший урожай невозможно. Изменить другого человека нельзя. Достичь иного качества жизни можно лишь путем глубоких изменений в себе.

Зачем я написала об этом, о выгодах или наградах, вытекающих из деструктивных взаимоотношений? Я хотела бы дать знать читателям, что такие выгоды существуют. Но не для того, чтобы кто-то устыдился или раскаялся. Это не греховное или постыдное поведение. Выгоды эти – часть созависимости, закономерная часть. А созависимость – это не повод стыдиться себя, а проблема, над которой мы работаем. Мы стремимся к более здоровым взаимоотношениям и к здоровым выгодам.

Выгоды во взаимоотношениях зависимых и созависимых людей блокируют или замедляют духовный рост и выздоровление этих людей. Обнаружим эти блоки, устраним их, тогда, возможно, продвинемся в деле выздоровления.

Когда я была в семейной программе по преодолению созависимости в США, я услышала от одной американки, выздоравливающей от созависимости, простое и ясное заявление. Чтобы так прямо о себе сказать, необходимо продвинуться вперед в преодолении созависимости. Американка сказала следующее: «Когда я была ребенком, мой отец нанес мне сексуальное оскорбление. Последующие 20 лет своей жизни я использовала для того, чтобы шантажировать его эмоционально и финансово. Я всегда могла получить от него деньги, когда хотела. Я не брала на себя финансовой ответственности за свою жизнь».

Когда человек может посмотреть на свои выгоды честно и без страха, он может позволить себе больше за них не держаться, перестать ими пользоваться. Это и будет исцеление, которое мы ищем. На смену придут выгоды от более здоровых взаимоотношений. Свою жизнь мы можем разделить с кем-то, а не бросать ее к ногам другого человека.

Шаги к изменению

1. Осознание собственных проблем. Первый этот шаг – самый трудный. Ни одна жена больного алкоголизмом, а консультировала я сотни людей с этими проблемами, не спросила: «В чем моя проблема, помогите понять». Почти все спрашивают: «Как мне вести себя, чтобы он не пил?» Бывают разочарованными, когда узнают, что если поведение жены имеет целью изменить мужа, то она не достигнет цели. Можно менять лишь свое собственное поведение для достижения своих собственных целей.

2. Прежде чем изменить свое поведение, жена больного алкоголизмом может задать себе вопрос: «А что я получаю, поступая таким образом, как я уже много лет поступаю?» Первый ответ будет: «Ничего хорошего я не получаю». Это неверный ответ. Мы все извлекаем выгоду из саморазрушающего поведения. Иначе наш поэт не написал бы:

Все, все, что гибелью грозит,

Для сердца смертного таит

Неизъяснимы наслажденья –

Бессмертья, может быть, залог!

А.С. Пушкин. «Пир во время чумы».

3. Желание измениться. Кому из нас хочется начинать ремонт в квартире? Делаем тогда, когда вынуждены.

4. Работа над собой. Это долгий, может быть, пожизненный путь. Когда я сама пришла в семейную программу для родственников больных алкоголизмом, я спросила директора: «А разве достаточно будет тех восьми дней, которые отведены для семейной программы?» Он ответил: «Это хороший старт». Если бы я не была в семейной программе, вряд ли я бы догадалась, что мне необходимо делать с собой.

5. Лучше начать работу над собой в психотерапевтической группе или группе самопомощи типа Ал-Анон. Либо проконсультироваться со знающим специалистом.

6. Надеюсь, что чтение всего вышеприведенного также есть полезное начало перемен.

Памятка на сегодня.

Сегодня я буду открытой для поисков тех выгод, которые я, возможно, извлекаю из своих трудных и нездоровых взаимоотношений с близким человеком. Может быть, эти выгоды и приводят в действие всю систему разрушительных наших взаимоотношений. Я буду готовиться отпустить и не держаться более за свою потребность быть частью нездоровой системы. Я готова честно посмотреть на себя.

Как не следует вести себя жене алкоголика?

В семейном консультировании члены семьи больного с зависимостью часто задают один и тот же вопрос.

– Скажите, как мне себя вести?

– Не знаю. Что вы имеете в виду? Себя вести, чтобы что получилось в результате?

– Чтобы он перестал пить.

– Таких форм вашего поведения не существует.

– Как так? Я же пришла узнать…

На лице выражение разочарования. Вижу, что моя клиентка пришла научиться контролировать, сдерживать, прекратить пьянство своего близкого, а я – консультант – сразу заявляю, что не знаю таких форм поведения. Но я знаю другое.

Отличительная особенность жен алкоголиков, а также других созависимых, – контролирующее поведение. Жены, матери, сестры, отцы, мужья, братья больных с зависимостью – это контролирующие близкие. Они верят, что в состоянии контролировать все на свете. Чем хаотичнее ситуация дома, тем больше усилий по контролю. Они думают, что могут сдерживать пьянство своего близкого либо «запретить» употребление наркотиков. Они думают, что могут контролировать восприятие других через производимое впечатление. Им кажется, что окружающие видят их семью такой, какой они ее изображают.

Созависимые уверены, что лучше всех в семье знают, как события должны происходить, как другие члены семьи должны себя вести. Даже на консультации у психотерапевта в присутствии других членов семьи мать в императивной форме делает замечание 21-летнему сыну. «Когда прощаются, смотрят в глаза». Созависимые боятся позволить близким быть теми, кто они есть по своей природе и позволить событиям протекать естественным путем, дать жизни состояться.

Для контроля над другими Созависимые пользуются различными средствами – угрозами, уговорами, принуждением, советами, подчеркиванием беспомощности других. «Муж без меня пропадет», «Сын не может понимать необходимость лечения, поэтому я должна его упрятать в больницу».

В качестве средства контроля над другими часто используются манипулирование и навязывание чувства вины.

Контроль – это прямое принуждение, приказ, требование, высказывание: «Делай так, как я тебе говорю». Манипулирование служит тем же целям, но достижение цели происходит хитрыми, утонченными и более замаскированными путями. Если я манипулирую другим человеком, то я не буду честно говорить ему: «Мне от тебя нужно то-то и то-то». Я боюсь попросить прямо, он может сказать «нет». Но я могу навешать на него чувство вины, и тогда он легко выполнит мою волю. Я могу поставить его в положение без выбора, я могу использовать лесть, соблазн. Значит, я манипулирую.

Однажды я слышала, как 70-летняя мать говорила 43-летнему сыну: «Когда ты мне возражаешь, у меня болит сердце». Кто ей после этого возразит? Тем более что болезнь сердца реальная, она перенесла инфаркт. Она манипулировала сыном. Он больше не смел возражать.

Манипулировать – значит расставлять ловушки, соблазны, использовать хитрые трюки с целью подчинить себе другого человека. Если жена идет на сексуальное сближение с мужем не ради самого секса, а ради того, чтобы добиться желаемого поведения мужа («Будь трезвым, и у нас будет всегда хороший секс»), то жена манипулирует с помощью секса.

Даже если манипулирование достигает своей цели, близкий человек делает то, что требует от него созависимая супруга, то все равно взаимоотношения омрачаются плохим чувством у обоих. Манипулировать можно предметами, например, куклами. Они неживые, и с ними удается проделывать любые трюки. Люди – живые, поэтому они не любят подчиняться чужой воле, они воспринимают это как насилие. Люди сопротивляются. На всякое действие есть противодействие.

Легко распознать грубое, бросающееся в глаза контролирующее поведение. Железная рука, правящая с самозахваченного трона. Тиран. Диктатор. Деспот. Правитель, обладающий большой властью. В алкогольных семьях таким тираном может быть трезво живущая жена. Она может не пустить в дом пьяного мужа, может побить его, лишить пищи или чего-то еще. Явно контролирующее поведение наблюдается и тогда у жены, когда она тащит мужа на консультацию, подсыпает тайно ему в чай лекарство, тащит его из больницы. Либо выискивает бутылки со спиртным, выливает спиртное в раковину, выгоняет или отчитывает его друзей по телефону.

Недавно беседовала с женой больного алкоголизмом, который месяц назад выписался из нашей клиники. Естественно, я спрашивала о его состоянии. Ответ был по форме такой, что можно догадаться о том, как сильно жена контролирует поведение мужа. Она сказала:

– За этот месяц у меня нет претензий к поведению мужа.

Как будто она – ОТК (отдел технического контроля) и проверяет качество изделия. Замечу попутно, что она не выглядела счастливой, удовлетворенной. Выражение лица твердое. На ней как бы написано: «Не расслабляться. Сохранять бдительность. Здесь нужен мой контроль».

Контролирующее поведение

Контролирующее поведение – выдающаяся особенность созависимых. От грубого нажима до вкрадчиво-нежного отношения к близким с целью навязать свою волю, свое видение проблемы, свою принудительную тактику.

Более мягкие формы контролирующего поведения рассмотреть труднее. Под личиной нежности, самоотверженной заботы, ласки и доброты она делает все то же дело – лишает его ответственности за свою жизнь, парализует его волю. Когда я слышу рассказ доброй жены о том, как она выхаживает мужа во время похмельного синдрома, то обращаю внимание на то, сколько она льет сладкой патоки. И лекарство подаст, и рассол, и что только он ни пожелает. Так и хочется вставить: «Да при гаком уходе я б сама пила!» Все это тоже контролирующее поведение жены.

Хорошо удается контролировать других женам-жертвам. Вздохи, слезы, заявления о своих непомерных страданиях, о своей слабости и беспомощности, умение вызвать к себе жалость, а в других чувство вины – вот приводные ремни контроля над другими.

Жены больных алкоголизмом могут комбинировать грубые и мягкие тактики контролирующего поведения. Они думают – авось, что-нибудь сработает. Ничто не работает, а они все надеются. Наконец, приходят на консультацию и ставят вопрос: «Как мне его заставить лечиться?» Цель контроля – заставить. Заставить других людей делать так, как считают нужным и правильным созависимые. И не только делать, но даже заставить думать и чувствовать так, как это будет правильно по мысли созависимых. Силой принудить жизнь разворачиваться в той мере и в то время, как назначат они, контролирующие люди. Их призвание – не позволить, чтобы что-то случилось без их повеления или разрешения, держать и не пускать на самотек. Остановить течение жизни, переделать людей и устроить все так, как им нравится. Как пелось в популярной песенке: «Если я тебя придумала, стань таким, как я хочу». Так кого же ты хочешь любить – реального человека или свою придумку?

О, я, кажется, излишне долго думаю о проблемах своих клиентов. Читаю художественную литературу, а думаю о них. Сегодня взяла исторический роман М. Алданова «Истоки». Читаю предисловие А. Чернышева к роману. И нахожу слова о бесполезности контролирующего поведения не только в жизни семьи, но и в истории. А. Чернышев пишет: «…во все времена попытки изменить мир к лучшему путем применения силы, создать «нового человека» неизменно проваливались, история никогда не шла по тому пути, на который ее пытались направить» (журнал «Дружба народов». 1990, № 8. – С.76).

Мужья и дети контролирующих женщин не живут своей собственной жизнью. Они как будто пишут диктант. Жизнь под диктовку. Настоящая жизнь больше похожа на сочинение, чем на диктант.

Здесь я должна сообщить созависимым плохую новость: контролирующее поведение – это самопораженческое поведение. Даже если удается кого-то заставить что-то делать, то плата за это велика. Цена – разрушение взаимоотношений с близким человеком. При этом дело оборачивается тем, что созависимые не только не могут контролировать чью-то жизнь, но теряют контроль над своей собственной жизнью.

Попытка взять под контроль практически неконтролируемые события приводит к депрессии. Невозможность достичь цели в вопросах контроля созависимые рассматривают как собственное поражение, как утрату смысла жизни. Повторяющееся поражение усугубляет депрессию. В такие серые дни кажется, что прошлое бессмысленно, будущее неопределенно. Активизируются подавленные ранее эмоции страха, душевной боли. Ранее контролирующее поведение предназначалось для маскирования боли.

Выздоровление от депрессии достигается через состояния умиротворения, спокойствия в отношении себя и других, доверия, принятия себя со всеми своими реальными чувствами.

Контроль – это прямой отклик на наши страхи, панику, беспомощность, утрату доверия. Когда все идет плохо, мы можем перестать доверять себе, Богу, высшим силам Вселенной, самому процессу жизни. Исчезает доверие, включается кнопка контроля. Если удается вернуть доверие, то может уйти за ненадобностью и потребность контролировать.

Известно, что созависимые не доверяют себе, не доверяют своим чувствам, своим решениям, не доверяют другим людям или пытаются доверять людям, не заслуживающим доверия, теряют веру в Бога и доверие к Нему.

Другим исходом контролирующего поведения созависимых является поведение, обусловленное фрустрацией (т.е. крушением надежд), гневом. Боясь утратить контроль над ситуацией, созависимые сами попадают под контроль событий или своих близких, больных зависимостью. Например, мать наркомана увольняется с работы, чтобы контролировать поведение сына. Но наркомания продолжается и практически контролирует жизнь матери, распоряжается ее временем, профессией, самочувствием, психическими ресурсами.

Когда мы, созависимые, пытаемся взять под контроль людей и ситуации, относящиеся к области «не наше дело», мы сами становимся контролируемыми. Пока мы думаем, действуем в чьих-то интересах, мы теряем способность думать и действовать в своих собственных интересах. Наши близкие, больные зависимостью, – большие мастера контролировать других. Здесь все сбалансировано. В алкогольном браке встретились равные партнеры.

Будем внимательными к себе. Стать на путь контроля других – значит, утратить контроль над собой. Значит, проиграть и сражение, и войну. Значит, потерять себя, свою жизнь. Это нам нужно? Боимся поражения? Не надо. В победе человек показывает, что он может, в поражении – что он стоит. Спросить бы созависимых жен, матерей, почему они контролируют. Наверное, они скажут, что делают это из лучших побуждений. Они могли бы сказать о себе примерно следующее.

• Мы контролируем во имя любви.

• Мы хотим помочь.

• Ну, мы же знаем лучше, что ему надо.

• Мы правы, а он не прав.

• Мы думаем, что только так и надо поступать (т.е. контролировать).

• Страшно ничего не делать.

• Мы контролируем, потому что нам больно видеть, как он разрушает себя.

Да, если пришла беда, то первое, что инстинктивно делает человек, – пытается мобилизовать все силы и силой преодолеть трудность. Но зависимость – это такая трудность, которую силой не преодолеешь. Я пишу эту книгу в надежде на то, что понимание проблемы поможет. Когда я хочу продемонстрировать женам неэффективность, бесполезность всех их контролирующих усилий, я прошу их сделать следующее.

– Перечислите все, что вы делали до сих пор для сдерживания пьянства своего близкого.

– Ой, я уже что только не пробовала. И по-хорошему его уговаривала, и плакала, и умоляла. А потом я и по-плохому поступала. Я кричала, оскорбляла, «алкашом» его называла, грозила, что его убью и с собой покончу.

– А теперь все эти действия запишите в столбик и поставьте знак «+» против того действия, которое помогло вам добиться своей цели, и знак «–» против напрасных усилий.

– Да, что тут писать. И так ясно, что одни минусы.

– Хотите продолжать дальше упражняться в бесполезном поведении?

– А что делать?

– Не знаю. Может быть, перестать тревожиться о нем и начать заботиться о себе?

Итак, поведение может быть каким угодно, но оно отражает прямо-таки навязчивую потребность жены контролировать жизнь мужа.

Контроль – это манипуляция людьми, обстоятельствами, вещами с тем, чтобы чувствовать себя безопасно.

Контроль – это минимизация и подавление чувств с тем, чтобы чувствовать себя безопасно.

Контроль – это компенсация за чувство неадекватности.

Желание заботиться о других, спасать других

Кто работает в области наркологии, тот часто слышит от родственников: «Хочу спасти своего мужа (сына)». Я получила 3 мешка писем от жен алкоголиков в ответ на статью в журнале «Работница» «Выйти замуж за алкоголика». В каждом письме есть слово «спасать». Могут быть вариации – «вытащить из трясины», «не дать пропасть». Не сговариваясь между собой, люди со всей России пользуются одинаковыми словами. Что это? Одна из закономерностей проявления созависимости.

Спасать других – призвание созависимых. Они любят заботиться о других, часто выбирают так называемые помогающие профессии – врача, медсестры, учительницы, психолога, воспитательницы. Как будто созависимые созданы для своих алкоголиков. Призвание созависимых – любить алкоголиков, выходить за них замуж, рожать им детей, лечить алкоголиков, воспитывать их, посвятить им всю свою жизнь. Все это было бы хорошо, если бы отношение к значимым близким действительно помогало спасать больных зависимостью от психоактивных веществ. Забота о других перехлестывает разумные и нормальные размеры, может принимать карикатурный характер.

Их поведение вытекает из убежденности в том, что именно они, созависимые, ответственны за чувства, мысли, действия других, за их выбор, за их желания и нужды, за их благополучие, за недостаток благополучия и даже за саму судьбу. Созависимые берут ответственность за других, спасают их от ответственности за самих себя, при этом совершенно безответственны за собственное благополучие. Плохо питаются, плохо спят, не посещают врача, не знают своих собственных потребностей.

Спасая больного, созависимые лишь способствуют тому, что он будет продолжать употреблять алкоголь или наркотики. Тогда созависимые злятся на больного. Попытка спасать почти никогда не удается. Это всего лишь деструктивная форма поведения, деструктивная и для зависимого, и для созависимого человека.

Однако желание спасать так велико, что созависимые могут делать то, что в сущности не хотели делать. Созависимые говорят «да», когда им хотелось сказать «нет». Они делают для близких то, что те сами могут сделать для себя. В действительности они делают больше за кого-то, чем для кого-то. Они удовлетворяют нужды своих близких тогда, когда те не просят их об этом и даже не согласны, чтобы созависимые это для них делали.

Созависимые постоянно отдают больше, чем сами получают от своего близкого. Созависимые говорят за другого, думают за него, верят, что могут управлять его чувствами, и не спрашивают, чего хочет тот другой. Они решают проблемы другого, хотя подобное решение не своих проблем редко бывает эффективным. В совместной деятельности, например, в ведении домашнего хозяйства, они делают больше, чем им следовало бы делать по справедливому разделению обязанностей.

Такая «забота» о других предполагает некомпетентность, беспомощность другого, неспособность делать то, что делает за него созависимый близкий. Все это дает возможность созависимым чувствовать себя постоянно необходимыми, незаменимыми. «Спасатель» нуждается в том, чтобы в нем нуждались. Таковы психологические выгоды от спасательства – подпитка низкой самооценки, удовлетворение потребности быть нужным. В глубине души «спасательнины» не чувствуют себя любимыми или достойными любви. И тогда поведение определяется посланием: если я нелюбима, то я буду необходима. Твое желание – моя команда. Твоя проблема – моя проблема. Потом «спасательницы» злятся на тех, о ком заботятся. «Спасательницы» чувствуют себя использованными и выброшенными. Иногда той тряпочкой, о которую люди вытирают ноги у двери.

Я использую слово «спасательница», а не «спасительница» потому, что Спаситель у нас один – Иисус Христос. Когда созависимые пытаются спасать, они действительно хотят уравнять свою миссию с делом Бога. Они распоряжаются жизнями и судьбами других. Они полностью обесценивают способность другого сделать для себя то, что действительно спасет его.

Но в отличие от воли Бога у них это не получается. Поэтому я для них использую несколько иное слово. Они не могут делать то, что делает с нами Бог.

Такое нездоровое заботливое поведение граничит с пособничеством. Рядом с каждым алкоголиком в семье есть человек, который способствует поддержанию алкоголизма в активном состоянии. Пособник своими действиями помогает алкоголику продолжать пить, спасает его от страданий, от неудобств, вызванных последствиями его алкоголизации, и тем самым облегчает алкоголику возможность пить дальше. Нездоровая роль жены или матери алкоголика называется пособник. Когда мы, созависимые, спасаем таким вот нездоровым образом?

• Когда звоним на работу начальнику мужа и говорим, что он простудился и не придет на работу, а на самом деле он в похмельном состоянии.

• Когда платим долги его кредиторам.

• Когда берем такси и грузим его пьяное тело, доставляем домой.

• Когда ищем захмелевшего супруга в темноте или по тем адресам, где он может находиться.

• Когда делаем что-то такое, чего мы не хотели делать. Не хотелось же раньше тратить силы в супружестве на то, чтобы тащить его из лужи.

• Делаем для другого человека то, что он сам в состоянии сделать для себя.

• Оказываем помощь тогда, когда нас не просили об этом, либо даем больше того, чем нас попросили.

• Когда мы говорим за других людей. Если на консультации больной и родственница, то обычно говорит она.

• Когда мы миримся с несправедливым разделением обязанностей, например, все домашние дела взваливаем на себя, а муж может пить.

• Когда мы не говорим о своих потребностях, нуждах, о том, чего мы хотим.

В общем, мы спасаем каждый раз, когда берем на себя излишнюю заботу о другом взрослом (Битти М., 1997).

Я думаю, какие хорошие слова: забота, спасать кого-то, жертвовать собой, любить до самоотречения. Это похоже на милосердие. Почему же смысл поведения разрушающий, деструктивный? Я стала врачом, чтобы научиться спасать людей от смерти. Мне казалось, что это очень благородно, альтруистично. В наркологии я узнала о нездоровой роли спасательницы. Где граница доброго и злого поведения? Некоторые авторы самопожертвование относят к самоумерщвлению (Боухал М., 1983).

В медицине бывают острые и хронические болезни. В жизни бывают периоды обычного течения событий и кризисные состояния. Я думаю, что полезно спасать только при острых болезненных состояниях – например, когда человек без сознания, в коме, в шоке, при острой травме, при остром аппендиците, во время кровотечения. Дети и старики – это отдельная тема. Они в силу возраста беспомощны, поэтому их надо спасать. Но когда больной в хроническом болезненном состоянии, то его надо не спасать, а помочь ему самому преодолеть свой недуг. Алкоголизм и наркомания, не считая состояний острого отравления, относятся к хроническим болезням. Помогать необходимо, но при этом верить в целительную силу самой личности больного. Не в медицине, а в жизни людей спасают лишь в чрезвычайных ситуациях. Есть такое министерство – МЧС, министерство по чрезвычайным ситуациям. Есть общество спасения на водах. Да, если человек тонет, то это чрезвычайная ситуация, спасать необходимо.

Какие чувства сопровождают акты спасания? Иногда спасательница испытывает неловкость и дискомфорт в связи с проблемой человека, иногда свою святость, жалость к нему. Жены алкоголиков вообще склонны путать жалость с любовью. Когда мы, созависимые, спасаем, то можем себя воспринимать более компетентными, чем тот, кому помогаем. Можем подумать, что я – героиня, раз я спасаю. Он беспомощен, а я сильная, я все могу.

Созависимые чувствуют себя нужными в данный момент. В этом чувстве заключена великая награда.

После того, как жена алкоголика начала его спасать, она неизбежно будет двигаться в сторону другой нездоровой роли в семье – роли преследовательницы. Она «щедро» помогла, допустим, приволокла его пьяного домой, затем не удержалась от упреков и негодования. Этот несчастный алкоголик остался неблагодарным! Когда жена спасала, она делала нечто такое, что не желала делать, она отказывалась от собственных нужд и планов на это время, как же она может не злиться? Объект спасения протрезвляется, не благодарит и даже не принимает многочисленных советов жены. Жена входит в роль обвинителя. Гнев и ярость обрушиваются на «спасенного» алкоголика.

Алкоголик – живой и переменившееся настроение жены прекрасно чувствует. Он использует этот момент, чтобы перейти в наступление. Бывает, что в этот момент он ударит жену. Это вырвался его праведный гнев за то, что кто-то посчитал его некомпетентным и взял на себя его ответственность. Люди возмущаются, когда их считают некомпетентными, никчемными, неспособными.

Наступает поворот в движении созависимой супруги к излюбленной роли на дне треугольника – роли жертвы. Это предсказуемый и неизбежный результат спасательства. Жертву переполняют горькие чувства беспомощности, обиды, подавленности, печали. Разрастается до невероятных размеров чувство жалости к самой себе. Вот опять меня использовали и отбросили. Я так старалась, я сделала доброе дело, а он… Ну почему, почему это всегда случается со мной?

Почему? На все свои законы есть.

Созависимые пытаются спасать других, потому что для созависимых это легче, чем переносить дискомфорт и неловкость, а часто и душевную боль, сталкиваясь с неразрешенными проблемами своих близких. Созависимые не научились говорить: «Это очень печально, что у тебя такая проблема. Чем я могу тебе помочь?» Созависимые говорят так: «Я здесь. Я сделаю это за тебя». Демон низкой самооценки сидит внутри созависимых и гоняет их по граням треугольника С. Карпмана.

Помогать людям, давать людям часть своего времени, своего таланта – это очень хорошо. Все это входит в здоровые взаимоотношения между людьми. Где же проходит грань между здоровой заботой о других и нездоровым спасательством?

Прислушаемся к своим чувствам. Человек со здоровой самооценкой хорошо себя чувствует в отношении себя самого, других людей. Он хорошо себя чувствует, когда дает что-то другим. Созависимый может чувствовать себя при своих бесконечных и безразмерных «даю» нехорошо, горько, обиженно. Все-то ему кажется, что его недооценили. Должны быть разумные пределы того, что мы делаем в здоровых взаимоотношениях для других людей. Это нормально – уравновесить «даю» и «беру». Никто не сказал, что необходимо отдавать другим все.

Не надо думать о других людях, что они хуже нас. Другие не беспомощны. Другие не безответственны. Они не слабоумны. Зачем же обращаться с ними так, как будто они сами не могут взять ответственность за себя. Рель не идет о грудных детях.

Если, заботясь о других, мы в этом качестве перестаем заботиться о себе, предаем свои важные потребности и интересы, то это знак того, что мы занимаемся плохим делом, вредным и для себя, и для того, о ком заботимся.

Надо срочно взять на себя ответственность за себя и позволить другим людям делать то же самое. Самое доброе, что мы можем сделать для себя, – перестать быть жертвой.

Если созависимый человек не научится распознавать моменты, когда он становится спасателем, то он будет постоянно позволять другим виктимизировать его, т.е. ставить в положение жертвы. Фактически сами созависимые участвуют в процессе собственной виктимизации. Драма развивается но граням треугольника С. Карпмана.

Сдвиг ролей в треугольнике сопровождается изменением эмоций, причем довольно интенсивных. Время пребывания созависимого человека в одной роли может длиться от нескольких секунд до нескольких лет; за один день можно двадцать раз побывать то в роли спасателя, то в роли преследователя, то в роли жертвы.

Цель психотерапии в данном случае может заключаться в том, чтобы научить созависимых распознании, свои роли и сознательно отказаться от роли спасателя. Это предотвратит неизбежность попадания в роль жертвы.

Один из участников игры «Спасатель – преследователь – жертва» может однажды сказать: «Все, хватит, я выхожу из игры». Если этого не произойдет, спасатель и спасаемый могут погубить друг друга.

Отказаться от спасательства и не позволять другим спасать себя – вот одна из задач преодоления созависимости.

Как уже подчеркивалось выше, у созависимых приобретает особую значимость такое качество, как направленность вовне, external refferentig, no A. Schaef (1986). Эту характеристику созависимости связывают с низкой самооценкой. Поскольку созависимые не ощущают себя достаточно ценными людьми, они так или иначе направлены на внешние ориентиры. Лица, которые почти полностью зависят от внешних оценок, будут делать все возможное, чтобы сохранить взаимоотношения с кем-то важным для себя. Даже если эти взаимоотношения тяжелы и разрушительны. Рассказы жен больных алкоголизмом о своей жизни – это драма, жизнь в аду. Даже если разведутся с алкоголиком, то часто все равно продолжают жить вместе.

У созависимых страдает концепция своего «я», нет четких представлений, как другие должны к ним относиться. Без взаимоотношений с другими созависимые чувствуют себя менее значимыми, а иногда ничтожными. Во взаимоотношениях они часто уступают другим, даже в том случае, когда от созависимых этого не требуется. Они остаются преданными и тогда, когда объект привязанности им изменяет или жестоко с ними обращается. Одна из книг о созависимости называется «Женщины, которые любят слишком сильно». Взаимоотношения больного алкоголизмом и супруги могут быть очень тесными, они буквально не могут жить друг без друга. Это дает каждому из них чувство безопасности. Безопасность, добытая столь нездоровым образом, любой ценой, является застывшей, статичной, что мешает отношениям развиваться.

Из-за низкой самооценки для созависимых приобретает особую важность вопрос: «Что скажут другие?» Созависимые тратят много энергии на то, чтобы управлять тем, какое впечатление они производят на других. У людей с адекватной, здоровой самооценкой точка отсчета в оценке себя находится внутри, созависимые добровольно отдали точку отсчета окружающим. Созависимые стремятся быть «хорошими», действительно могут делать много хороших дел, и они верят, что им удается производить нужное впечатление на окружающих, контролировать восприятие окружающих.

Цель жизни созависимых может сводиться к вычислению, чего хотят другие, к удовлетворению чьих-то желаний; действия направлены на то, чтобы доставить удовольствие другим. Отсюда потребность в угодничестве. Даже в постели они могут заботиться не о своих желаниях, а о том, чтобы доставить удовольствие партнеру.

Развиваются поразительные способности распознавать, что нравится и что не нравится другим людям. Созависимые верят, как только они станут такими, какими их хотят видеть другие, жизнь сделается безопасной, надежной, они будут приняты в тех кругах, куда стремятся. Они так сильно зависят от других, что даже право на существование должно подтверждаться другими. Они не уверены, что законно занимают место в жизни. Им необходимо подтверждение этого извне. Созависимые не доверяют своему собственному восприятию, пока другие не подтвердят его. Возможно, эта их особенность движет ими, когда они стремятся заботиться о своих близких, больных зависимостью. Здесь забота не является любовью, а скорее это проявление власти над другим человеком. Созависимые навязывают свою волю больному и тем самым лишают его своей собственной воли. Заботливые созависимые люди очень властолюбивы. Это и перекручивает их взаимоотношения в семье. Практика угоднического поведения тоже определяется этой характеристикой созависимых.

Источник — http://pam-rus.ruspsy.net/article.php?post=556

Добавить комментарий